Category: напитки

Category was added automatically. Read all entries about "напитки".

Цинь

Авоська (рассказы под навесом)

-- Как-то раз решили мы с Валеркой выпить, - так начал Марат очередную историю своей жизни.
Компания под навесом была небольшая, давно сформировавшаяся на кулинарных пристрастиях. Сейчас здесь собрались любители плова.
Навес был скромный. По одной стене стояла кирпичная печь с чугунной плитой, в которую вставлялся большой казан. Дальше установлен мангал. По другой - аккуратная поленница дров.
Командовал Володя, большой бородатый дядька лет пятидесяти. Он единственный курил сигареты, щурясь от сизого дыма. Сейчас он сидел, развалившись на стульчике. В зубах дымилась настоящая кубинская сигара.
Был там Андрей, кудрявый русый мужчина средних лет. Он сидел за столом и резал лук.
-- Лук резать надо стоя, - поучал Володя, раскачиваясь на стуле.
-- А я, когда встаю, мне за животом лук не видно, - объяснил Андрей.
Хозяин навеса – Семенов. Он разделывал баранью ногу. Кости отдельно, филей отдельно.
По первой холодной рюмке водки уже было выпито. Сейчас шли приготовления для плова. И вот, на запах вытапливаемого в казане курдюка, через забор перелез сосед – Марат. Роста невысокого, на голове приличная лысина, под носом черные усы. Иногда, находясь в хорошем расположении духа, он громко и куражисто кричал на весь поселок: «Милиция!»
Сейчас желания его были понятны. Лицо у него было заспанное, глаз мутный. Но не такой он человек, чтобы требовать водки с порога. Поэтому, осмотрев стол, Марат уселся рядом с Семеновым и начал рассказ.
-- Решили мы с Валеркой покойным выпить.
Володя оторвался от казана, хитро посмотрел на Марата.
-- Ты на что намекаешь, царская морда?
-- А история такая, - не обращая внимания на подкалывания, продолжал Марат.

«Было это в начале девяностых годов. Только-только победно завершилась антиалкогольная кампания, и истосковавшаяся душа потянулась к спиртам.
Но алкоголь выдавался по талонам. Я тогда в мясниках работал. Валерка закончил институт радиоэлектроники и автоматики, и работал на складе водителем автокара.
Водка стоила 7 рублей, но по талонам. А без талонов в коммерческом магазине по пятнадцать.
Талонов у нас уже не было. Я работал в мясниках, а Валерка покойный на складе. Деньги-то были. На водку».

Андрей уже шинковал морковку. Семенов закончил с мясом, присел к Марату, вытирая руки полотенцем.
-- Может, налить ему? – предложил Володя.
-- Подожди, дай расскажу, а то забуду, - проявил силу воли Марат.
От казана потянуло чем-то восточным. То ли это зира начала соединяться с морковкой, то ли перец с мясом и луком входили в нужную стадию приготовления.
Володя большой шумовкой размешал зирвак, кинул в казан маленький острый перчик, и вернулся за стол.
-- Собрались мы у Валерки дома. Валерка порезал салат. Огурцы, помидоры, лук, зелень. Всё с огорода. Посолил.
-- Эх, аппетитно рассказываешь, Марат, - сказал Андрей и налил еще по одной рюмке.
-- Плов дождемся? – спросил Семенов и выпил.
На столе появились кружки. Семенов разлил горячий ароматный чай. Под навесом смешались запахи плова, мяты, черной смородины, вкусного крепкого чая.
-- Валерка спросил меня, с маслом или майонезом? – Марат, выпив следом, понюхал корочку черного хлеба и положил ее на стол.
-- Марат, ты про что? – удивился  Андрей.
-- Про салат. Валерка спросил, с маслом или с майонезом? Я сказал, с майонезом.
-- Марат, интересный у тебя рассказ, получается, - улыбнулся Володя.
-- Погоди ты. Сейчас расскажу, - и Марат продолжил.

«Салат был готов. А водки у нас не было пока. Вернее, сначала она была, но очень быстро кончилась. Талонов не было тоже, и мы пошли в коммерческий магазин.
До магазина надо было идти метров пятьсот. Тропинка была нам хорошо знакома. Мы перешли через железную дорогу и дальше шли между бараками. Вдруг, навстречу нам идет дядька – доходяга. В бежевом костюмчике, в шляпе. А в руке у него авоська.»
-- Может, тут кто-то не знает, что такое авоська? – Марат оглядел окружающих.
Окружающие посмотрели друг на друга.
-- Может, еще поговорим, почему сумка-сетка с ручками получила такое название? – Володя пыхнул сигарой.
-- Да не перебивай ты его. Иначе мы никогда не узнаем, доели они с Валеркой покойным салат с майонезом или нет.
-- Да, не перебивай. А в руке у него авоська, - продолжил Марат. Он начал немного уставать, то ли от чая, то ли от ожидания вкусного плова.
-- А в авоське водка.
-- Это парадокс. В авоське – водка?
-- Ну, ребята, в бутылках, конечно. Не помню точно, сколько.

«Простите, гражданин, можно Вас на минуточку?» - вежливо так мы его остановили. Он испугался. А Валерка ему говорит: «Дядя, продай нам две бутылки водки».
Дядя ни в какую. Нет, говорит, не могу, сам в коммерческом магазине брал по 15 рублей. Но мы уже были настроены решительно. Валерка предложил ему по 17 рублей за бутылку.
Дядя извинился и попытался уйти. Но от нас уйти было нельзя. Водка в авоське заняла все наши мысли. Оттуда через сетку нам подмигивал «Демидов» и манил пальцем «Распутин».
И не уговаривайте меня. Зачем мне продавать вам мою водку. Идите и купите. Тут магазин недалеко. И я там купил.
Да мы знаем, что магазин рядом, а водка в авоське ближе. Надежнее она нам казалась тогда. Мы уже запах ее слышали.»
-- Как это, слышали запах? – спросил Андрей.
-- Ты молодой еще. С нами будешь чаще встречаться, тоже начнешь запахи слышать, - успокоил Андрея Семенов.
-- Мужики, плов готов! – торжественно объявил Владимир.
-- Подожди. Тут история в самом разгаре.
Марат уважительно осмотрел слушателей и продолжил.

«Валерка покойный в юности был боксером. Кандидатом в мастера спорта. Он умел людей уговаривать. Знал, как к человеку подойти, на что надавить. Морально, конечно. Валерка дал дядьке 60 рублей, вытащил из авоськи 3 бутылки. И отпустил невольного продавца. Дядя робко начал уходить. В авоське у него еще позвякивало.
-- Стой, дядя! – окликнул его Валерка, что-то вспомнив.
Он в два шага догнал беглеца и сунул ему в карман начатую пачку сигарет «Космос». Подарок, вроде, как. А сигареты тогда тоже были по талонам. Но такая, уж, широкая душа была у Валерки. Мой настоящий друг был».

В центре стола появилось большое керамическое блюдо. На него Володя выложил плов большой горкой. Всё это яство золотилось, переливалось всеми красками Востока и манило ароматами.
Андрей опять налил всем в запотевшие рюмки. Откуда появлялась холодная водка и покрытые инеем рюмки, оставалось загадкой.
Выпили.
Плов получился. Это без всяких сомнений оценил каждый из присутствующих под навесом. На какое-то время забыли об окружающем мире, о водке, об авоське. Только плов.
Через пять минут, когда на лбах любителей поесть появилась испарина, Марат отложил ложку в сторону. Вытер лысину.
-- Да, повезло вам с Валеркой. А если бы этот дядя нес водку не в авоське? Так бы мимо вас и прошел бы ваш счастливый случай. Да?
Марат помолчал, потом продолжил.

«Пришли мы впятером домой. Мы с Валеркой, два «Демидовых» и один «Распутин».
Салатик на столе еще свежий. Налили, чокнулись, выпили.
Переглянулись. Что-то не то.
Смотрим друг на друга, ничего не понимаем. Я тут же вторую бутылку открыл, налил, выпили. То же самое. Вода!
Третью открывали уже без всякой надежды. «Демидов» нам, конечно, подмигнул, но тоже оказался водой.
Вода! Вот тебе и волшебная авоська.
Если бы он эти бутылки нес не в авоське, мы бы до магазина дошли. Вот тебе и счастливый случай. Конечно, дядьку этого мы больше не видели.
Вот, так и зарождался у нас малый и средний бизнес».

Марат, не прощаясь, вышел из-за стола, медленно по приставной лесенке перелез через забор и, не оглядываясь, побрел в сторону своего дома.
Часа через два откуда-то из глубины соседнего участка мы услышали куражное, но уже немного грустное: «Милиция!».

Москва, 1 июня 2015 г.
Ведьма

СЕМЕНОВ (Часть 1)

 Часть 1. Быль.
Зачем он вошел в этот дом? В висках застучало, холодный пот проступил на ладонях, капал со лба. «Надо взять себя в руки» - Семенов стоял, как парализованный, не в силах сдвинуться с места….
Зачем он вошел в этот дом? Как будто порыв ветра направил его именно к этому дому, и уже будто не его рука толкнула тяжелую, покрытую мхом деревянную дверь.
Семенов сделал шаг вперед. Дверь сама закрылась, и он оказался в небольшой тесной комнате. Старые бревенчатые стены, низкий, почти уже черный потолок из неотесанных досок. Маленькие темные окошки, света практически нет.
Прямо перед ним, в двух шагах, сидел огромный уссурийский тигр, точнее тигрица, это уж точно…
«Бред. Зачем я вошел в этот дом? Вот и все. Видимо, жить оставалось несколько секунд. Вот и все. Вот и все. Всем спасибо. Все свободны!» - никаких мыслей, только эта фраза крутилась в голове Семенова.
Зверь, похоже, ждал этой встречи и теперь уверенно и спокойно жег взглядом, как бы примериваясь, как он будет разделываться с добычей.
«Доброй охоты!» - вдруг ляпнул Семенов. Под коленками затряслось, руки покрылись иголочками.
***
«Эй, Маугли, пора вставать!» - раздался до боли знакомый женский голос.
Семенов открыл глаза.
«На кого охотился, котяра? Все не угомонишься с бабами своими?» - жена вносила в утренний подъем свой колорит.
Брр… опять этот сон…
***
Последняя предновогодняя неделя. Каждый год одно и то же. Семенов чувствовал себя жутко уставшим, каким-то вымотанным. Добивал все этот сон, он длился уже вторую неделю, каждую ночь на него идет охота…
27 декабря жена отвалила к маме. С тещей Семенову повезло несказанно. Конечно не так, как у друга Модеста, его теща вообще живет в Германии. Он ее за это страшно любит, хоть она и бывшая. У Семенова теща живет в городе Кондрово и очень редко выбирается к дочери. И жена не часто его таскает туда. Ну а это путешествие под Новый год вообще впервые. Обычно отделываются телефонными звонками, но тут мать настоятельно просила к ней приехать. Подумав недолго, жена собралась и уехала, пообещав вернуться 31 декабря. Вот те, здрасьте, прикол.
Три дня холостой жизни. Раньше бы это был настоящий праздник! Теперь же хотелось тишины и спокойствия.
Два вечера заняты. Сегодня он встречается с другом Модестом Петровичем Мусоргским, он его зовет Петровичем, так проще. Как обычно, вечером после работы будут пить водку в маленьком кафе на Марксистской и морочить друг другу головы про бардак в стране и про то, что надо валить отсюда. А завтра на работе объявлены корпоративные посиделки. Не любит он эти пьянки на рабочем месте, но надо. Надо, так надо. Приударить что ли там за кем. «Давненько я не брал в руки ша…» Эта мысль его немного развеяла. Потом ему представились тяжкие последствия, вздохи, шпионаж жены, и мысль о любовнице мгновенно испарилась. «Нам с женщинами некогда. Мы водку пьем!» - вспомнил он афоризм своего младшего брата и улыбнулся.
Чай допивал уже на ходу в прихожей. Одеваясь, потрепал собаку по голове, славный пес решил, что опять поведут гулять, и затеял бурную возню, которая грозила большими последствиями для семеновских брюк и придверного коврика. «Место!» - скомандовал Семенов и хлопнул дверью. Начинался трудовой день.
***
- Дружище, что ты знаешь про уссурийских тигров?- Семенова немного развезло, Петрович тоже сидел довольный встречей, и расходиться не хотел.
- Давай еще по пятьдесят попросим. – Мусоргский был в хорошем настроении.
- Нет, ты мне скажи, чем они питаются?
- Кто? Тещи?
- Какие тещи?
- Да ты же про тещу мне рассказывал сейчас!
- Петрович, теща у меня золотая и не клыкастая;
Подошла официантка Леночка. Страшненькая какая! Коротенькая юбочка, такие же короткие ножки, большая попа. «И чего я раньше у нее этого не видел?»
- Ваши по пятьдесят, мальчики. Что-нибудь еще?
Семенов вдруг осознал, что перебрал. Да больно хорошо сиделось, и дома никто не ждет.
Ехал в приподнятом настроении, вспоминая услышанные шутки. От метро шел пешком по заснеженной дорожке. Потом долго гулял с собакой. Почти протрезвел. Наконец, уселся в теплой уютной кухоньке попить чайку. Разморило, глаза начали слипаться…
***
- Эй, гражданин, не проедете? Скоро Талдом - женщина неопределенного возраста в пушистой шапке трясла его за плечо.
Семенов вздрогнул, покрутил головой. Электричка мчалась по заснеженным полям. Что-то очень сильно потянуло, поманило. Непонятная сила опять начинала действовать.
- Станция «Власово», – захрипел динамик.
Семенов выпрыгнул на платформу. Морозно, небольшой ветерок, метет. Зачем он здесь?
Вышел на дорогу. Один, вокруг никого.
- Тэбэ куда, дарагой? – коренной житель дальнего Подмосковья высунул голову из «копейки».
- Сорокино. Наверно, вы не знаете…
- Канэшна, знаю! Паехали, дарогу пакажишь?
Куда он едет? Откуда он взял этот адрес? Что это за название?
В машине было холодно и тесно. «Копейку» несколько раз заносило так, что казалось, вот-вот перевернется. Минут через пятнадцать машина остановилась на дороге около очень старого дома. Семенов вышел, стал ковыряться в карманах в поисках кошелька, ничего не нашел, обернулся на дорогу. Дорога была пуста. А где джигит?
Холодно. Семенов поднял воротник. Что он тут делает?
- Иди ко мне… - опять этот странный женский голос.
Откуда это? Семенов оглянулся. Никого вокруг. Да и ничего, кроме этого старого дома. Семенов пригляделся. Когда-то это был большой, богатый, очень красивый, весь резной деревянный дом. Сейчас крыша провалилась, наличники сгнили, лишь на одном окне можно было рассмотреть тонкую работу неизвестного мастера. И табличка, еле заметная на углу дома: «дер. Сорокино. Дом № 1»
- Идиии ко мнеее…- запел в тон метели слабый загробный женский голос.
Зачем он вошел в этот дом?
***
Бздень - Брынь!! С кухонного стола упала чайная ложка и зазвенела по кафельной плитке. Семенов открыл глаза. Он сидел, как пришел, на кухне, голова на столе. Ничего себе, попил чайку. Часы показывали 5:30 утра. Пора было собираться на работу.
В лифте столкнулся с соседкой по площадке Лизой. Улыбнулись друг другу.
«Хороша баба!» - подумал Семенов. Сразу вспомнились новогодние праздники три года назад. У Семенова тогда был свой маленький бизнес: три магазинчика с трикотажем и бижутерией.
На Новый год уехали с женой на дачу. Гостей наприглашали. Еще бы! Гулять двенадцать дней!
Но неожиданно 3 января позвонили из милиции. Какая-то пьянь разбила витрину в его магазине. Надо было ехать в Москву.
Жена и гости остались бурно веселиться на даче. Погода сказочная, место прекрасное, лес рядом! По вечерам варили глинтвейн, умничали, вели философские беседы, рассказывали мистические истории.
А Семенов разобрался в милиции с витриной и заехал домой за какими-то мелочами, уже и не вспомнить. Вышел из лифта и увидел ее, сидящую на ступеньках в красивом вечернем платье с фужером коньяка, заплаканную…. Накануне Нового года муж объявил , что уходит от нее к какой-то молоденькой. Новый год встретила одна, проревела всю ночь. Теперь вот…
Семенов, как умел, постарался успокоить. А он умел …. В общем, к жене и гостям вернулся только 5 января. И включился в праздничный хоровод. Никто и не заметил, что его не было два дня. А про Лизу подзабыл. Ну, было и было.
«Привет! Привет! Хорошая погода, тебе в метро, а мне ведь на трамвай» - пропел Семенов, пока лифт спускался с 6-го этажа.
Лиза улыбнулась еще раз.
«И спросить-то неловко, как она живет, все одна или уже нашла кого. Женщина она красивая. А ведь мы три года с ней так ни разу и не виделись.
Да, Лиза - женщина красивая. Интересные открытые черты очень ухоженного лица, волосы, соответственно возрасту, подстрижены и уложены, большие зеленые глаза. Высокая, слегка худощавая фигура, при этом не плоская, все там есть. Это Семенов знал не понаслышке и не по догадкам, а помнил. И какая-то сила исходила от нее. Какая-то женская…. Как они это умеют. Женщины. Ну, что-то породистое. Богема, одним словом.
«Идиии ко мнеее…» Всплыл сон. Тьфу!
До работы еле доехал. Голова раскалывалась. Сделал традиционный вывод – вчера все-таки нажрались.